Смерть номер два. Баба Тоня
Feb. 18th, 2014 09:36 amОригинал взят у
d_serpokrylov в Смерть номер два. Баба Тоня
Баба Тоня Смирнова. Из деревни Волошня, Дятловского сельсовета. Труженик тыла. Работала дояркой, рабочей.

Не так давно сделали ей операции на оба глаза сразу. До этого слепенькая совсем ходила. Приехала из больницы после операции, тут видеть стала, здороваться. С костыликами бродила для уверенности. До бани летом без коляски добиралась. Гуляла. Разговаривала редко, иногда бродила по ночам. Сын к ней время от времени из Красного Слона приезжал, все больше за пенсией.


В день отъезда баба Тоня собралась и вышла из дома первой и просидела в холодной машине с открытой дверью почти сорок минут, одетая, поверх того, в чем ходила по дому, в довоенный плисовый жакетик (кто не знает, плис - хлопчатобумажный бархат) и шерстяной платок. На следующий день в интернат звонил врач: "не можем ее успокоить". Вроде бы ходила искала лошадь, которую надо было запрягать... Она и здесь бывала не в себе, но жила в Овсище много лет и медсестры знали, как ей помочь. На новом месте успокоить не получилось - на третий день в городе баба Тоня умерла. Ее тело забрали и 15 февраля похоронили родственники.
В Овсище с печальной вестью позвонила, как мне сказали, молодуха ее внука.
Бывшая соседка бабы Тони по комнате Люба Кудряшова, тоже уехавшая в Волочек, узнала о ее смерти по телефону, уже после похорон. В Волочке их расселили по разным этажам и комнатам, хотя обещали поселить вместе.
Люба Кудряшова: Мы всех хоронили - мы же ходили провожать всех своих. У нас, если кто умирал, сперва в морг, потом к нам привозили. Возле дома ставили, нас звали прощаться. Потом уж везли на кладбище. Обязательно поминали - родственники конфеты, печенье приносили. Мы были как семья. Мы все знали, кто умер, отчего, а здесь не знаем, восемь этажей...
Не знаю, как много фотографий было в жизни бабы Тони.
Повешу сюда все фото, что есть у меня, - с ее последнего пути в Вышневолоцкий интернат.








"И на костыли сверху она шила себе специальные чехольчики из тряпок"
От чего умерла баба Тоня? Ну конечно от старости, скажут министр Хохлова и исполнитель ее устных приказов чиновник Лукина. И никакой суд к ним не придерется.

Не так давно сделали ей операции на оба глаза сразу. До этого слепенькая совсем ходила. Приехала из больницы после операции, тут видеть стала, здороваться. С костыликами бродила для уверенности. До бани летом без коляски добиралась. Гуляла. Разговаривала редко, иногда бродила по ночам. Сын к ней время от времени из Красного Слона приезжал, все больше за пенсией.


В день отъезда баба Тоня собралась и вышла из дома первой и просидела в холодной машине с открытой дверью почти сорок минут, одетая, поверх того, в чем ходила по дому, в довоенный плисовый жакетик (кто не знает, плис - хлопчатобумажный бархат) и шерстяной платок. На следующий день в интернат звонил врач: "не можем ее успокоить". Вроде бы ходила искала лошадь, которую надо было запрягать... Она и здесь бывала не в себе, но жила в Овсище много лет и медсестры знали, как ей помочь. На новом месте успокоить не получилось - на третий день в городе баба Тоня умерла. Ее тело забрали и 15 февраля похоронили родственники.
В Овсище с печальной вестью позвонила, как мне сказали, молодуха ее внука.
Бывшая соседка бабы Тони по комнате Люба Кудряшова, тоже уехавшая в Волочек, узнала о ее смерти по телефону, уже после похорон. В Волочке их расселили по разным этажам и комнатам, хотя обещали поселить вместе.
Люба Кудряшова: Мы всех хоронили - мы же ходили провожать всех своих. У нас, если кто умирал, сперва в морг, потом к нам привозили. Возле дома ставили, нас звали прощаться. Потом уж везли на кладбище. Обязательно поминали - родственники конфеты, печенье приносили. Мы были как семья. Мы все знали, кто умер, отчего, а здесь не знаем, восемь этажей...
Не знаю, как много фотографий было в жизни бабы Тони.
Повешу сюда все фото, что есть у меня, - с ее последнего пути в Вышневолоцкий интернат.








"И на костыли сверху она шила себе специальные чехольчики из тряпок"
От чего умерла баба Тоня? Ну конечно от старости, скажут министр Хохлова и исполнитель ее устных приказов чиновник Лукина. И никакой суд к ним не придерется.